?

Log in

No account? Create an account
БЕРКЕ. II - Князья этого мира
November 8th, 2013
03:02 pm

[Link]

Previous Entry Share Next Entry
БЕРКЕ. II
Последние лучи закатного солнца выкрасили багрянцем летнюю степь. Темно-алая струя с силой ударила в дно ловко подставленной священной чаши: гнедой красавец щедро отдавал свою силу для свадьбы царя, широко и вольно раскинувшейся под степным небом в излучине великого Тана.
– Доброе знамение! – провозгласил великий шаман, седой могучий старик, превосходящий всех в огромном кочевье размерами чрева.
– Доброе знамение! Сила и счастье царю и его потомству! – подхватил князь Идигей. Годы иссушили и без того невеликого телом беклярибека так, что казалось, из одного шамана можно приготовить пятерых Идигеев. Но голос его был сильнее, чем у самых могучих батыров.

– Доброе знамение! Сила и счастье царице! – слаженно выдохнули старухи-шаманки, старшая из которых – страшная, лохматая, загорелая и обветренная до черноты, словно выбралась сюда из страшных детских сказок – и вскрыла горло бедному гнедому коротким острым клинком.
Нукер с поклоном принял чашу с багровым вином и бегом бросился к царской белой кошме, на которой Берке неподвижным истуканом просидел все немалое время гадания. Молодой царь с очевидным облегчением – ну наконец-то! давайте с этим заканчивать – поднялся ему навстречу, чтобы принять драгоценный сосуд. Помедлил немного, давая людям проникнуться моментом, а затем сделал долгий, основательный глоток. Противно не было, да и кто из степняков в долгих походах не пробовал эту согревающую влагу? Толпа взревела так, что показалось, будто солнце поспешило спрятаться от радостного крика и лязга оружия. Люди устали от непрерывных бедствий последних десятилетий, им очень хотелось верить в то, что с этим молодым царем к таргарам наконец вернется их древняя сила.

Пришла пора для самого важного момента сегодняшнего действа. Царь сам поднес свадебную чашу Деянире, сидевшей пока на отдельной роскошной кошме в окружении своих служанок и своей стражи. В глазах девочки был виден страх перед огромной толпой чужих людей и этим чужим, стремительно темнеющим небом. Но василисса держала себя в стальных руках, не поддаваясь слабости, и с достоинством поднялась навстречу своему будущему мужу и повелителю. Берке почувствовал, что еще секунда промедления, и истерическая дрожь накроет его самого, так что он просто протянул дар шаманов своей невесте и поспешил заговорить. Негромко, только для них двоих. На языке василисков.
– Твоя семья продать тебя. Мне. Нам, – помолчал, подбирая подходящее слово. – В жертву.
Слово нашлось, слово прозвучало. Девушка удивленно взглянула на царя, а затем быстро опустила глаза, закусила губу и едва заметно кивнула.
– Ты не знать меня. Но должна сама, по своей воле принять судьбу. Для своих... людей. Для моих. Или отказаться. Уйти, – голос Берке чуть дрогнул.
Вздрогнула и Деянира. Василисса снова подняла глаза, и опускать их больше не собиралась, она требовательно искала и нашла взгляд царя.
– Ты будешь... любить меня, – как оказалось, Деянира тоже не теряла времени даром и сумела выучить самые важные для неё слова на языке степняков. Берке в ответ только кивнул. Василисса уверенно, двумя руками схватила тяжелую чашу, поднесла к губам и сделала большой глоток.
– Айеее! – снова слаженным хором взвыли шаманки.
– Айеее!!! – радостно и весело подхватила толпа, и кажется, первые звезды, услышав этот ответ, решили выглянуть и посмотреть, что интересного устроили эти злые бесхвостые обезьяны.
А шаман решил не разочаровывать любопытных предков. Он взмахнул своими могучими лапами и завел:
– Из-за дальних гор, древних гор серебряной плетью река рассекает степи скулу.
– Черный дрок в костер, бересклет в костер. Небо, небо, как берег крут! Над обрывом стою, – подхватил его речитатив Идигей.
– Черной свастикой в небе орел завис, между нами ревут ледяные ветра. Я не вижу, но знаю: он смотрит вниз на холодный цветок моего костра, – а теперь вступил женский хор, и голоса их звучали холодно и жутко под этим небом, с которым так просто общались степняки.
– Мир припал на брюхо, как волк в кустах. Он почувствовал то, что я знаю с весны: что приблизилось время огня в небесах, приблизился час восхождения черной луны, – Берке сам не узнавал свой голос. Ему казалось, будто эти смутные и темные слова выталкивает из пасти неведомый зверь.
– И мне нечего отныне больше терять, кроме мертвого чувства предельной вины. Мне осталось одно: только петь и плясать в затопившем вселенную пламени черной луны.
Последние слова Берке прошептал для Деяниры, глядя ей прямо в глаза. А потом вдруг оборвал песню, помолчал секунду и коротко скомандовал своим нукерам:
– Взять их.
****

Лишь много позже Берке поймет: он не солгал в ту ночь пришлой девчонке. Он действительно умудрился полюбить её. И теперь будет любить её, мертвую, все оставшееся ему до встречи время на этой земле.

Tags:

(Leave a comment)

Powered by LiveJournal.com